Соединенные Штаты Америки сталкиваются с серьезными логистическими вызовами в Антарктике, связанными с истечением срока действия чартера на их единственный специализированный научно-исследовательский ледокол, RVIB Nathaniel B. Palmer, в конце Финансового года 2026. Прекращение аренды этого судна, построенного в 1992 году и способного преодолевать ровный лед толщиной до трех футов на скорости три узла, совпадает с сокращением бюджета Национального научного фонда (NSF) на полярные программы, что обостряет дефицит оперативных возможностей в регионе, регулируемом Договором об Антарктике от 1 декабря 1959 года.
В настоящее время обеспечение снабжения станции Мак-Мердо в январе 2026 года остается на стареющем USCGC Polar Star. Этот ледокол, введенный в эксплуатацию в 1976 году, является единственным полностью работоспособным из двух устаревших тяжелых ледоколов, имеющихся в распоряжении США, что создает значительный разрыв в ледокольных возможностях, о котором неоднократно заявляли официальные лица. В ответ на планируемое прекращение чартера, более 170 ученых направили письмо руководству NSF и Конгрессу 28 июля, призывая пересмотреть решение, поскольку судно Palmer играло ключевую роль в сборе данных о климате Земли, океанских процессах и таянии ледников, включая ледник Туэйтса.
На фоне этих внутренних ограничений Китай последовательно наращивает свое научное присутствие на континенте. Пекин уже ввел в эксплуатацию свою пятую станцию «Циньлин» в районе моря Росса, строительство которой началось в 2018 году и завершилось к февралю 2024 года. Станция «Циньлин», площадью 5,2 тыс. м², рассчитана на 80 человек летом и 30 зимой. Более того, КНР заявляет о планах по созданию шестой постоянной исследовательской станции на Земле Мари Бэрд уже к 2027 году. Западные партнеры, включая Великобританию, рассматривают развитие инфраструктуры КНР, включая потенциальный пирс, как имеющее геополитические и геостратегические мотивы, выходящие за рамки чисто научных целей.
Усиление позиций КНР и России в полярных регионах происходит на фоне приближения 2048 года, когда может быть пересмотрен мораторий на добычу полезных ископаемых в Антарктике. В то же время, США, стремясь сохранить свое влияние, планируют разработку нового высокотехнологичного судна, процесс проектирования и строительства которого может занять от 4 до 10 лет, что оставляет критический вакуум в операциях до конца десятилетия. В Арктике этот сдвиг уже отразился: после того как Китай направил в 2025 году значительное количество исследовательских судов в воды США, Береговая охрана США ввела в эксплуатацию свой первый за 25 лет полярный ледокол — USCGC Storis, который будет выполнять арктические миссии, пока ожидается поставка новых ледоколов класса Polar Security Cutter (первый ожидается не ранее 2030 года).
Таким образом, сокращение американского присутствия в Антарктике, спровоцированное бюджетными ограничениями NSF, совпадает с агрессивным расширением инфраструктуры конкурентов. Этот дисбаланс в ледокольном обеспечении становится прямым индикатором перераспределения геополитического влияния в южных широтах, где США стремятся восстановить паритет с Россией и Китаем, оперирующими современными ледокольными флотами.
